Lanaelle
На этот раз Лади сидела и думала над возможными пейрингами с фемМадарой.
Хаширама - это ску-у-учно, банально и тыщу раз написано, с Тобирамой Лади уже писала, Учихацест у Лади тоже был... Придумывать НМП - лень.
И тут Лади вспомнила про Мито.
Обоснуй? Какой обоснуй?
Лади лень расписывать, как именно они подружились. Лади интересны последствия.

***
Узумаки Мито никто не назвал бы глупой женщиной. Она — химэ клана, она всегда знала, что однажды её выдадут замуж за незнакомого мужчину по соображениям политики, и оставалось лишь надеяться, что за шиноби, а не гражданского. И когда ей наконец-то назвали имя, она испытала облегчение. Сенджу Хаширама не был ни уродом, ни слабаком, ни глупцом — о большем и мечтать не стоило. Настораживало её лишь одно: её отец говорил о её браке с Хаширамой как о деле обговоренном и практически свершенном. Сам Сенджу, судя по поведению, лишь присматривался. А Мито была не единственной высокопоставленной женщиной в его окружении.
Сенджу и Учиха, Хаширама и Мадара, друзья детства, вечные соперники, главы своих кланов, основатели первой деревни, объединяющей разные кланы. Их брак выглядел логичным, предсказуемым и естественным. Хаширама смеялся, таскал Мадару за собой на все переговоры — хмурый вид Учихи отлично контрастировал с позитивным настроем Сенджу, засиживался с ней за делами деревни до утра… И не делал никаких официальных заявлений об их отношениях. Да и Учиха выглядела какой угодно, но не влюбленной. Влюбленные не ходят хмурыми, не шипят раздраженно на возлюбленных. Мито не понимала, что происходит между ними, но намеревалась разобраться. В конечном счёте, ей было чисто по-женски любопытно. А значит, стоит познакомиться с потенциальной конкуренткой поближе. Мито совсем не хотелось, чтобы столь удобный для неё вариант брака сорвался из-за её глупости или нерешительности.
***
Случай познакомиться чуть ближе Мито выпал довольно скоро: Учиха сама дала повод. Мито разминалась на одном из общих полигонов: посольство - не клановый квартал, своих собственных полигонов не имело.Учиха сначала наблюдала из-за границы полигона - не слишком вежливо, но вполне допустимо. На общих полигонах Мито ничего особенного не демонстрировала. Но размявшись, Мито обернулась к Учихе.
- Вам нравится наблюдать, Мадара-сан?
- Да, - ответила Учиха с нечитаемым выражением лица. - Это всё, что вы рискнете продемонстрировать союзникам, Мито-сан?
- Думаю, нет. Не всё. Но чтобы продемонстрировать больше, мне потребуется соперник для спарринга. Не желаете составить мне компанию, Мадара-сан? - о делах Мито не спрашивала. Будь Учиха занята - не шаталась бы тут; всем видом выражая скучающее высокомерие.
Мадара помолчала, обдумывая, но всё же согласилась.
Обе они не использовали никаких действительно серьезных техник: ни мангекью, ни мощных ниндзюцу, ни высокоранговых фуин. Но в изощренности использования несложных низкоранговых техник обе посоревновались от души, оценивая тактические и стратегические навыки друг друга.
Через час, так толком и не достав друг друга, они разошлись. Мито поклонилась.
- Благодарю, Мадара-сан, это было познавательно.
- Взаимно, Мито-сан, - достаточно вежливо, чтобы это нельзя было счесть грубостью, ответила Учиха и поспешила уйти.
***
Следующий случай им предоставил младший Сенджу: Хаширама совмещал обход деревни с отдыхом и прогулкой в обществе невесты и подруги. Мито и Мадара меж собой держались строго в рамках вежливости, несмотря на всю беспечную улыбчивость Хаширамы, сглаживавшего большую часть неловкости. И всё было бы почти неплохо, но тут их нашел Тобирама. С видом “ани-чан опять страдает ерундой, когда вокруг столько важных дел” он подошел, тихо отчитал брата за затягивание обхода, напомнил про тысячу и одно важное дело, бросил в сторону женщин взгляд “я-слежу-за-вами” и утащил брата с собой. Хаширама совсем сходу утащить себя не дал, извинился, попросил Мадару завершить обход вместе с Мито и показать ей все уголки строящейся деревни.
Мадара резко бросила, что сделает, бросила на Тобираму мрачный взгляд “я-тебя-ещё-убью” и повернулась к Узумаки.
- Идёмте, Мито-сан.
Мито согласно кивнула, вздохнула.
- Это обычное поведение Тобирамы-сана? - осторожно уточнила она.
Учиха резко кивнула, не скрывая раздражение. И Мито отлично её понимала. С Тобирамой она пересекалась нечасто, но он уже её раздражал.

Завершив обход, Учиха хотела уже проводить Мито до посольства и отвязаться, но Мито решила воспользоваться поводом зазвать Учиху на ещё один спарринг.
- Мадара-сан, не могли бы вы составить мне компанию на сегодняшней тренировке? - вежливо поинтересовалась она.
- Нет, - резко ответила Учиха, всем видом выражая настроение убивать.
Мито едва сдержалась, чтобы не покраснеть от возмущения. Но она была достаточно умна, чтобы понимать: слова Учиху не убедят. И сложила печать, окружая Мадару барьером: не самым сильным, но тем, который Мито умела создавать очень быстро. Учиха пробила барьер одним ударом, придавила ки, но Узумаки было не привыкать. Она видела биджу и сражалась с ними: треххвостому случалось нападать на Узушио.
Учиха же, видя, что ки эффекта не оказало, хмыкнула.
- Нарываешься, Узумаки? Что ж… Третий полигон, через два часа. Без S-ранга, иначе селение развалится. Посмотрим, на что ты способна, девочка.
Мито резко кивнула и ушла, готовиться к бою. Стоило ей отойти подальше от Учихи, как улыбка сама выползла на лицо. О, она покажет, что могут Узумаки!
Мито не обольщалась: S-рангу в исполнении Мадары ей противопоставить пока нечего. Но вот без него - это совсем другой разговор.

К четвертому часу спарринга, к которому у границ полигона собрались и Учихи, и Сенджу, и Узумаки, а полигон превратился в выжженное дотла пепелище - у Мито первой стихией тоже был огонь - к полигону пришёл Хаширама. Шагнул внутрь, парой печатей вырастил лес обратно, спеленал деревом и Мадару, и Мито - женщины незаметно перекинулись довольными взглядами - подлечил обеих и поинтересовался, что это было.
- Тренировка, - с ухмылкой дернула плечом Мадара, ловко и привычно выворачиваясь из захвата ветвей. Мито кивнула, соглашаясь.
- Всё в порядке, Хаширама-сан, - улыбка Узумаки вышла мягкой и скромной. Аловолосый демон, выжигавший полигон напару с Учихой, скрылся в глубине серых глаз, под маской химэ клана и добропорядочной невесты.
Сенджу посмотрел на них с сомнением, но спорить не стал.
***
После той тренировки отношение Мадары к Мито сменилось, и Мито была очень этим довольна: похоже, её признали если не как равную, то как сильного соперника, не мошку, умирающую с полплевка катоном.
Учиха охотнее общалась с ней и иногда даже снисходила до пояснений. Вскоре, они перешли на “ты”, и настал день, когда Мито осторожно поинтересовалась, что же связывает Мадару с Хаширамой.
— Нету между нами ничего кроме старой дружбы, не переживай, — фамильярно фыркает Учиха, и Мито легко улыбается.
— Я не переживаю. Но мне не хотелось бы, чтобы мой отец передумал насчет кандидатуры моего жениха. К сожалению, моё мнение не имеет для него значения в этом вопросе.
— Ты — куноичи. Неужели не сумеешь отказаться от неприятной кандидатуры?
— И лишиться клана? Я слишком ценю комфорт для быта нукенина.
— Как лишиться, так и обрести. Влюбишься, выйдешь замуж, войдёшь в клан мужа. Мастера фуиндзюцу лишними никому не будут.
— Что такое любовь? — качает головой Мито. — Это слово не из лексикона химэ. Думаю, ты меня понимаешь.
— Моему отцу нужен был сын-наследник, а не химэ, — Мадара пожала плечами. — Он не ошибся во мне. Клан принял мою власть… Хотя тогда ещё жив был мой брат. Некоторые полагали меня ширмой и генералом. В сражении мне нет и не было равных в клане. А у тебя есть братья или сестры?
— Были, — Мито отвела взгляд. — Клан перейдёт под руку моего младшего брата Митсуо. Старшие братья мертвы, как и младшая сестра. Ну а я… Отец полагает меня уже пристроенной…
— Я слышу неуверенность в твоем голосе. Хаширама не из тех, кто отказывается от своего слова.
— А он его и не давал.
— Хм? — Мадара неподдельно удивилась.
— Предварительная договоренность ещё ничего не значит.
— Не для него, Мито. Знаешь, когда нам с ним было десять, мы мечтали построить общую деревню. Сидели на этой самой скале и говорили глупости. Но он эти глупости говорил всерьёз и не отказался, сколько бы я ни пыталась его убить. Он не стал бы принимать договоренность, даже предварительную, если бы не был согласен.
— Непохоже по нему.
— А он придурок, — Учиха засмеялась, — невозможно наивный и оптимистичный. Если серьезно, он просто не понимает намеков. В упор. Только прямой текст. Особенно в отношениях. Он не считает, что нравится тебе, не хочет навязываться. Но отказываться от брака и нарушать слово не станет. Если ты сама не откажешься, конечно.
Мито вздохнула. Нет, она не откажется. Но она чувствует за мягким мхом обаяния и улыбок твердую скалу характера. И Учиха, чьё пламя скрывается под слоем льда, куда ближе и понятнее.
Мито ей даже завидовала местами. Роль химэ её угнетала. Столь многого хотелось — исследований, романтики, творчества — а придётся вести дом, растить детей и ни шагу не ступать за границы квартала Сенджу. Даже к Мадаре, с которой она так незаметно сдружилась. От последнего отчего-то было особенно грустно.

***
Мадара, вообще-то, особенным терпением и стремлением понять проблемы окружающих не отличалась. Но когда уже-месяц-как-Сенджу Мито тихо прокралась к ней посреди ночи, даже ей было понятно, что что-то резко не так.
— Что случилось, Мито? — Мадаре пришлось почти силком усаживать гостью на подушки — ту трясло нервной дрожью, уголки глаз увлажнились — едва заметно, но от шарингана не скрыть и такой мелочи.
— Достало! — зло и обиженно прошептала Мито, боясь, что если повысит голос — сорвется в крик. — Я всё понимаю, но неужели я настолько плоха?
Мадара вздохнула. Хаширама и впрямь бывал невыносим, до того, что его хотелось придушить на месте, но чтобы Мито наплевала на воспитание химэ и сбежала посреди ночи?
— Почему ты не с ним, ночь же?
— Он остался со мной только в первую ночь. Присылает по утрам клона с извинениями, утверждает, что заработался. Даже спать домой не приходит.
Мадара села рядом, обняла обиженную подругу. Биджевому Сенджу хотелось набить морду. У них с Хаширамой и впрямь было полно дел, но не настолько же, чтобы совсем про жену забывать. Мог бы её и к делам привлечь, если уж сил нет даже ночевать домой прийти, Мито достаточно умна, чтобы разобраться и помочь.
— Хочешь, я с ним поговорю? — предложила Мадара. — У нас немало дел, но не настолько, чтобы забывать про жену.
Мито покачала головой.
— Я справлюсь… — покачала головой Мито. — Прости, что потревожила тебя. Я не должна была…
Мадара лишь тяжело вздохнула. Успокаивать она не умела, разве что предложить убить обидчика. Ну или хотя бы навалять как следует.
— Приходи, если что. Подруга, всё-таки. Можешь вообще остаться, — неловко выдала она, и подумала, что проследит, чтобы следующую ночь придурок-Сенджу провёл дома.
***
— Мадара, научи меня этим клонам, а? — Мито сложила брови домиком, явно слизав умилительно-просительное выражение лица у мужа.
— Зачем? — на Мадару это выражение давно не действовало — зря что ли она столько общается с придурком-Хаши?
— Тобирама.
О, это многое объясняло. Младший Сенджу на Мито смотрел так же, как и на Мадару: как на врага клана и угрозу безопасности Конохи. Мадара не раз ехидничала на эту тему, уговаривая Хаши женить уже брата и предлагая подобрать кандидатуру из Учих — мол, паранойя его от нехватки внимания. Судя по Мито, которая даже после того, как Хаширама был пару раз приведён домой заботливыми пинками Мадары, всё равно через раз ночевала у Учихи, нехватка внимания у Тобирамы была весьма давней проблемой.
— Хорошо, — кивнула Учиха. — Тобирама — это и впрямь повод. Мне нравится мысль нагло делиться техникой, которую изобрёл он. Видимо, изобретал затем, чтобы успевать шпионить за всеми.
— Ка-ами, — протянула Мито, — он всегда был таким параноиком?
— Сколько я его знаю, да. Кстати, учти: подстроить младшему Сенджу пару гадостей — святое дело. То, что меня убедили его не убивать, и даже не подметать им полигоны, не означает, что я внезапно что-то забыла или простила.
— Хм? — заинтересовалась Мито. — Что он тебе сделал?
— Помимо своей утомительной паранойи? Убил моего брата. Можно придумать тысячу оправданий и причин, но факта это не изменит. И я терплю его существование только потому, что не желаю заставлять Хашираму выбирать между мной и им. Я знаю, кого он выберет, не могу его в этом обвинять — сама такая же, и знаю, что делать такой выбор ему будет больно, как было больно мне в своё время. А Хаширама, в отличие от своего брата, мой друг.
Мито молча, понимающе кивнула. Слишком недавно была основана Коноха, слишком свежа память о вражде Сенджу и Учиха.
Клоны дались Мито легко. Тобирама хорошо поработал над этой техникой, и она была действительно проста и лаконична, имея высокий ранг в основном за высокие требования к запасу чакры, на которые бывшая Узумаки пожаловаться не могла. Клон Мито, недовольно вздохнув, ушёл в квартал Сенджу, а оригинал свернулся в клубок, уложив голову Мадаре на колени. Учиха слегка улыбнулась, осторожно погладила Мито по алым волосам. Красивая, женственная Мито… Не понимает Хаши-бака своего счастья. А бывшая Узумаки и рада - ласке, вниманию, участию. Лежит, чуть не мурлычет, медленно проваливается в сон. В первый раз она так уснула случайно, а Мадара так и просидела до утра, не шевелясь и не тревожа умотанную нервными переживаниями подругу. А после они вместе подобрали позу, в которой было бы удобно спать в близком контакте обеим.
И, хотя Мадара не призналась бы в этом никому, никогда и ни за что, ей в присутствии Мито спалось так спокойно, как не спалось с гибели брата.
***
Очередной тихий вечер на двоих был нарушен тихим стуком в двери. Но чтобы встать и посмотреть в глаза охамевшему визитёру, пришлось бы спихивать пригревшуюся Мито с колен, так что пришлось создавать клона. Очень недовольного клона. И подслушивать разговор сквозь тонкие стены.
- Сенджу, ты совсем охамел? Вон отсюда.
- Мито у тебя?
- Какого ёкая ты спрашиваешь у меня, где твоя жена? Тем более посреди ночи?
- Дома её нет. Да, я отличаю теневых клонов от оригинала. С бывшими соклановцами она общалась минимально и до свадьбы, в отличие от тебя.
- …
- Мадара, ты можешь мне просто ответить?
- Зачем?
- Я хочу быть уверен, что она в безопасности.
Молчание. Всплеск воспоминаний от развеявшегося клона. Придурок-Сенджу смотрит виновато, почти жалобно. И впрямь беспокоится. А клон - вот же жалостливая зараза! - вместо того, чтобы вышвырнуть Сенджу, махнул в сторону нужной ему комнаты. Мито подняла взгляд, посмотрела на Учиху с беспокойством. Та чуть прикрыла глаза: всё в порядке. Сенджу тихо сдвинул сёдзи, окинул быстрым взглядом жену, даже не дёрнувшуюся с колен подруги при его появлении, тихо подошёл, сел рядом. Прикрыл глаза, опустил голову - волосы скрыли лицо. Молчаливое извинение. Мадара фыркнула недовольно. Толку от его извинений, тут не извиняться, тут поведение менять надо. А её рука продолжила легко оглаживать алые волосы. Но раз уж Сенджу пришёл - пусть сидит. Он невыносимый придурок - но он свой придурок.

Этой ночью ни она, ни Хаширама не уснули. Но наутро, когда Сенджу вознамерился тихо сбежать по делам, не дожидаясь пробуждения Мито, это взбесило. Вот он правда считает, что молчаливых извинений - достаточно?
- Куда собрался? - она успела перехватить его за запястье, легким всплеском чакры разбудила Мито, взяла её за руку куда более бережно, вытащила обоих Сенджу шуншином на ближайший полигон.
- Мито, постой в сторонке, хорошо? - Мадара улыбнулась, широко и открыто. Хаширама, в отличие от жены точно знавший, к чему Мадара так улыбается, вырвал руку из захвата, отпрыгнул подальше, начал складывать печати. Мито, от перемещения проснувшаяся до конца, посмотрела на них, улыбнулась с долей злорадства и укрылась барьером.
Учиха напоминала Мито старшую сестру, которой у неё никогда не было. Резкая, грубая, но удивительно заботливая к близким. Заступающаяся и защищающая. И Мито было очень приятно понимать, что её подпустили и приняли в этот узкий круг близких. Вряд ли в этом кругу сейчас вообще кто-то был кроме неё и Хаширамы.

@темы: @Наруто, @Творчество, @фемМадара